.

L. B. 

.

О, мгновеннейшее из видений,
золотое в потоках огня,
хорошо, что тебя не заденет
непрестанная пытка моя:

ты не помнишь ни яда, ни смрада,
ни любви, умирающей в срок,
ни времён, оставляющих падаль
у обочин проезжих дорог,

ни кроваво-коричневой гущи,
перемазавшей судьбы и дни;
столько смерти зияет в живущих,
что не видно, чем живы они.

Но смотри, как по рёбрам скелетов,
торопясь, завивается хмель,
как ростки самозваного света
рвутся вверх из могильных земель,

и звенят, и манят, и маячат,
и побег пробивает кору,
и лиловые венчики скачут
на тускнеющем жёлтом ветру

над бесшумной вознёй муравьиной,
над распадом костей и камней…
Вот и ты – как цветок на руине,
как цветок на руине моей.