Weltschmerz.FM

Home / poetry

Иктинова песенка

  Мой самый неизъяснимый, кто был со мной, видят боги, в святилищах Элевсина и Аппиевой дороги, — единственный, вхожий в тайны, кто смог, как и я, сродниться с аттическим нежным камнем и книжной степной страницей, единственный, кто мне дорог поистине равноправно с ветрами […]

Read More

Как поют сатиры

. . Утром глаза открываешь — и словно бы в сон с лёгкой душой возвращаешься, в лучший из снившихся. Сладко-пресладко колеблется лучик косой на полуслипшихся влажных ресницах.                           […]

Read More

Non omnis

. . За радостью любой, за всяческой надеждой какой-то чёрный страх хромает по пятам, шипя о неизбежном, о скоротечных днях, о вечности впотьмах и алчности пустот, — а смертный отвечает: — Не весь же я умру. Я стану резедой, и […]

Read More

Ученик авгура

. . Est enim vis et natura quaedam, quae tum observatis longo tempore significationibus, tum aliquo instinctu inflatuque divino futura praenuntiat. . . Что я подлинно знаю — приходит из праха и в прах возвращается сразу, коснувшись ресниц второпях, но […]

Read More

Аллегория

. Ἰκτίνῳ . Если искать иллюстрацию к этим любви и обиде (в цвете, но сонно-неярком, как будто на вырезках из старых журналов), то вот она: вся моя жизнь жизнью твоей пропиталась, как близостью моря пропитан город прибрежный, где сохнут на […]

Read More

Nicht mehr als nur ein Liedchen

. . Что-то мелькнёт за ольшаником, за тростником, выпорхнет облачным шарфиком, белым платком, будто надежда в предчувствии горних щедрот — или надежды отсутствие, наоборот. Детство увидится, беглое, издалека, словно его ещё не было, словно пока по бесконечной расщелине пасмурных дней тянется […]

Read More

Ода эпохи последней софистики

. . Есть ещё тихая правда, которая входит неясно и вырастает в неясности, и расцветает, вытеснив пошлую горечь (другие, мол, взяли надежду, сила другим отдана, и другим — ликование; мне же только руины остались). Чем нас обидели ближние, чем обделили […]

Read More

Автор в Армении: немного о досократиках

. . Рыкает гром, подымая на битву родню — всю до седьмого колена. В раздоре, сжирающем царства и воинства, плоть достаётся огню, кости — пожарищам. Тронув материю, пылью становится свет, слово — землёй с узловатыми вздутыми венами. Нет ничего постоянного. […]

Read More

Psyche tantis aerumnis exercita…

. . Ἰκτίνῳ . Это всё, что окажется подлинным, что во мне воедино слилось и растёт, оставаясь неотданным, и меня проницает насквозь, — всё насущное, лучшее, главное, что даёт мне опору и кров, — всё жилое с балконами, ставнями, с […]

Read More

Автор перечитывает свои записи

. . Не хватает лёгкости спросонок, блеска взгляда, свежести лица; не хватает бойких побасёнок, ловко оперённого словца. Тягостна, как горная дорога, речь моя. Не менее горька. Ей бы только гари на подмогу, да суглинка, да ракушняка. Смотрят вслед лобастые собаки […]

Read More