КЛЕПСИДРА НЕИЗВЕСТНОГО

(фрагменты) . Les temps est si clair que je tremble qu’il ne finisse… ANDRE BRETON . (…) 3. Ещё дальше, совсем далеко, простирается мягкая скатерть – свидание Здравствуй, речка моя, я один, ты одна, мы одни с тобой Хрустали пахнут […]

Read More

Переливание

    Резец в невещественном: дыры заставляют флейту запеть. Напряжение связок покрывает гласные цветом пространство поёт из Аида голос исходит обращается к нам всё, о чём исстрадалось нутро, освобождается, спрядается ветром в огнистые мысы.   Сквозь клюзы рассудка видишь солнечный […]

Read More

Improvising the fainting

. 1. Слишком чувствительны стали к подспудному току мгновений верные нервы мои. Из кольца обнимающих рук глядя вовне и вперёд, я почти осязаю вокруг завтрашней памяти тени. Скоро, на сердце моё золотое клеймо наложив, хлынет в окрестную даль и освоит […]

Read More

Это преданье…

. . Это преданье, эхо крестьянской мудрой песни, пера Валье-Инклана, не ветхо и не ново. В нём под порывом ветра вечернего воскреснет священное соцветье невянущего слова. Это преданье – поле и горные отроги. Паломник, возвращаясь из странствия к святыням, где […]

Read More

Невыносимая чужбина

  Когда им больно, женщины становятся невыносимы и тучи тяжелеют и тучи тяжелеют и тучи тяжелеют дождём не проливаясь и небо бороздят безгромные разряды. Зачем нас так терзает медлительность короткого дождя? Две ласточки летят на высоте в порывах ветра щитом […]

Read More

Стратис-мореход среди милоцветов

  Ни асфоделей нет, ни фиалок, ни гиацинтов — как говорить с умершими? Умершие знают один лишь язык цветов, потому и молчат. Путешествуют и молчат, терпят и молчат. Мимо пределов, где боги сна обитают, мимо пределов, где боги сна обитают*. […]

Read More

И всё солжёшь

. . Увы, не свет, а судорожный страх стучит в груди,  толкается в висках, из года в год становится телесней, стоит в глазах пластинами слюды, а ты тяни на разные лады его глухую, проклятую песню: о терпком загнивании плодов, об […]

Read More

Minnesang

  Я жду тебя здесь, у краёв студенистого моря, на топкой полоске, где спазмы январского шторма оставили слизь и гниющие бурые комья. В бурьяне колышутся лохмы истрёпанной пакли, куски пенопласта назойливо бьются о сваи, а тёмное сердце со всей его […]

Read More

The Athenian Elegy

  Нет, ничего не останется. Даже костей, даже рубцов от сегодняшних светлых развалин. Ах, безрассудные, мы ли вчера обещали вечную юность завещанной нам красоте? Вот она гибнет. – А нас равнодушная эра прочь отгоняет, стегает сухим ветерком, тёплых, безвольных, окуренных […]

Read More

Эрос эллина и ужас иудея

Мог бы сказать еврей, живший до Христа, что он прямой кровный потомок, а не творение бога: что связь человека и демиурга может быть генетической связью, а не связью мастера и его любимого произведения? Индоевропеец мог это всегда. Герои индоевропейца – […]

Read More